Читаем без скачивания Лютая зима [Отмороженный] - Дэн Симмонс

Хансен доехал на лифте до приемного отделения, кратко переговорил с дежурившей там медсестрой, после чего спустился в гараж. Ему удалось узнать несколько вещей. Во-первых, секретарша Курца имела контакт со своей невесткой, но Арлена, вероятно, не посвящала ее в детали по поводу Фрирса и вообще всего происходящего. Медсестра знала ровно столько, чтобы не тревожиться по поводу безопасности родственницы. Во-вторых, Гэйл почти наверняка знала, где скрывается Арлена. И, может быть, Курц. В-третьих, было очень похоже на то, что Арлена и ее босс, вероятно, вместе с Фрирсом прячутся в доме медсестры Демарко на Колвин-авеню.

И последнее, хотя, возможно, самое важное. Хансен прочитал на браслете имя девочки – Рэйчел Рафферти. Мало кто смог бы усмотреть здесь связь, но память Джеймса Б. Хансена была едва ли не фотографически точной. Он вспомнил, что было написано в деле Джо Курца: Саманта Филдинг, бывшая партнерша в их частной детективной фирме, была убита. После нее осталась дочь, двухлетняя Рэйчел, позднее удочеренная Дональдом Рафферти, бывшим мужем Филдинг. А медсестра из приемного отделения, после того как он показал ей значок, рассказала ему о подробностях всего, происшедшего с Рафферти. О том, что он попал в аварию во время гололеда на Кенсингтонской скоростной автомагистрали. О том, что Дональд Рафферти успешно поправляется, но подозревается в сексуальных домогательствах в отношении своей дочери; расследование продолжается, но может быть завершено лишь после того, как к девочке вернется сознание или же она умрет.

Хансен улыбнулся. Он любил тонкие связи. Больше того, он любил владеть рычагами, при помощи которых можно было управлять другими людьми, а из этого раненого ребенка мог бы выйти замечательный рычаг.

Курц и Анжелина только-только отъехали от дома Хансена в Тонавонде, когда в кармане Курца зазвонил сотовый телефон. Это была Арлена.

– Гэйл только что позвонила из больницы.

– Вы сказали ей, что все находитесь у нее в квартире? – спросил Курц.

– Я позвонила ей рано утром, – ответила Арлена. – Она перезвонила мне минуту назад, потому что, когда она находилась в палате у Рэйчел, позвонила ее приятельница из приемного отделения и предупредила Гэйл, что в больницу явился детектив в штатском, который разыскивает ее. Когда полицейский вошел, она разговаривала по телефону со мной и оставила линию включенной на все время, пока он ее расспрашивал. Это был Миллуорт. Хансен. Джо, он даже на слух кажется сумасшедшим. И страшным.

– Что Гэйл ему сказала?

– Ничего. Совершенно ничего.

В этом Курц сомневался. Даже сейчас, когда у него под рукой, в автомобиле, находился титановый чемоданчик, полный неопровержимых доказательств совершенных преступлений, недооценивать существо, которое Курц мысленно именовал Джеймсом Б. Хансеном, было очень и очень рано.

– Вы, Пруно и Фрирс должны убраться оттуда, – сказал он.

– Мы сейчас же уйдем, – согласилась Арлена. – Я возьму микроавтобус.

– Нет, – сказал Курц. Он осмотрелся, проверяя, где они находятся. Анжелина решила вернуться в город по Йонгменовскому шоссе, и «Линкольн» как раз приближался к перекрестку с Колвин-бульваром.

– Сверните здесь! – рявкнул он на Анжелину.

Она окинула его сердитым взглядом, но взглянула на титановый ящичек и резко свернула по «лепестку» на Колвин-бульвар-южный.

– Мы подъедем через десять минут, – сказал Курц Арлене. – Даже раньше.

Хансен только-только отъехал от Медицинского центра, когда у него в кармане зазвонил его личный сотовый телефон.

– Мы едва успели добраться до дома Демарко на Колвин, – раздался голос Брубэйкера. – Прямо перед нами на подъездную дорожку въехал черный «Линкольн-Таункар» – может быть, к Демарко, а может быть, к соседям по дому. Мы отсюда не можем сказать. Подождите минутку, вот он отъезжает… «Линкольн» проезжает мимо нас… Вижу за рулем женщину, но это не секретарша Курца. Кто-то сидит на пассажирском месте, но ни я, ни Майерс не можем разглядеть из-за отражения. И, что сзади делается, тоже не видно из-за этих проклятых тонированных окон… прошу прощения, капитан, сорвалось. Что нам делать: наблюдать за домом или преследовать «Линкольн»?

– Вы заметили: кто-нибудь садился в автомобиль возле дома Демарко?

– Нет, сэр. Но оттуда, где мы стоим, нам не было видно той стороны.

Кто-нибудь, возможно, успел бы запрыгнуть. Но «Линкольн» находился возле дома не больше десяти секунд. Это, скорее, походило на то, что он заехал сюда, чтобы развернуться, чем на что-нибудь другое.

– «Кантри Сквайр» стоит на месте?

– Да. Я вижу его.

– Вы заметили номера «Линкольна»?

Последовала короткая пауза, словно Брубэйкер захотел намекнуть Хансену, что спрашивать о таких азах детективной работы оскорбительно. Но если бы они позабыли посмотреть номер, Хансен нисколько не удивился бы.

– Да, – наконец произнес Брубэйкер. Он прочитал вслух цифры. – Капитан, здесь на улице нет никакой стоянки. Мы заехали на подъездную дорожку через несколько домов. Вы хотите, чтобы мы присмотрели за «Линкольном»? Мы сможем зацепить его, если поторопимся.

– Брубэйкер, – сказал Хансен, – скажите Майерсу, чтобы он следовал за «Линкольном». Скажите ему, чтобы по дороге запросил отдел регистрации автомобилей. А вы оставайтесь там и наблюдайте за домом. Постарайтесь устроиться неприметно.

– Как я могу быть неприметным, стоя на тротуаре под снегопадом? – проворчал Брубэйкер.

– Заткнитесь и передайте Майерсу приказание прицепиться к этому «Линкольну», – внушительно проговорил Хансен. – Я подъеду к вам через пять минут. – Он прервал связь.

– А где Пруно? – спросил Курц, обернувшись назад и глядя на двух человек, устроившихся на пассажирском сиденье. Когда они въехали на подъездную дорожку, в «Линкольн» вскочили только Арлена и Джон Веллингтон Фрирс.

– Он ушел рано утром, – ответила Арлена. – Почти на рассвете. Такой нарядный, в своем костюме в полоску. Что-то говорил насчет того, что лучше всего прятаться на самом заметном месте. Я думаю, он решил устроиться в гостиницу или куда-нибудь в этом роде, прежде чем все лопнет.

– Пруно в гостинице? – протянул Курц. Ему было трудно это представить. – У него были какие-нибудь деньги?

– Да, – сказал Фрирс.

– За нами идет «Понтиак», – сказала Анжелина.

Курц обернулся и посмотрел в зеркало заднего вида.

– Откуда он взялся?

– Он стоял за несколько домов от того места, где мы подобрали эту парочку. Быстро сорвался с места и вошел следом за нами в поток.

– Это могло быть совпадением, – сказал скрипач, всматриваясь в заднее окно «Линкольна».

Курц и Анжелина переглянулись. Похоже, они оба не верили в совпадения.

– Вчера на улице напротив моего дома стоял как раз «Понтиак», – сообщила Арлена.

Курц кивнул и посмотрел на Анжелину:

– Мы можем оторваться от них?

– Сначала скажите мне, от кого мы отрываемся. Я сегодня начинаю чувствовать себя наемной прислугой.

Курц подумал о двухстах тысячах долларов, лежавших в багажнике в ее черной сумке рядом с кучей хансеновских «СИ-4».

– Вы должны признать, что плата не такая уж плохая, – заметил он.

Анжелина пожала плечами.

– Так кто к нам прицепился? Мистер..? – Она постучала пальцем по похожему на портфель-»дипломат» титановому ящичку, который Курц держал на коленях.

– Один или больше детективов, которые работают на него, – ответил Курц.

– Вы имеете в виду: работают у него или работают на него?

– На него лично, – уточнил Курц. – Так можем ли мы оторваться от них? Я не думаю, что вы хотите принимать этого парня у себя в гостях. – Он тоже постучал по ящичку.

Анжелина Фарино Феррара снова взглянула в зеркало.

– Да, за нами идет только один автомобиль. Они, вероятно, запросили номер нашей машины.

– Все равно… – начал было Курц.

– Ну-ка, все держитесь, за что можете, – скомандовала Анжелина.

ГЛАВА 28

Возле школы Николз, на перекрестке Колвин и Армхерст, после которого проспект упирался в парк и заканчивался, светофор горел красным. «Линкольн» стоял вторым в ряду. Курц оглянулся и разглядел в «Понтиаке», стоявшем третьим за ними, контур только одной головы.

Не включая сигнал поворота, Анжелина объехала стоявшую впереди старую колымагу, чуть не задев при этом «Хонду», дала газу и свернула под красный свет на Армхерст, проскочив под носом у двух автомобилей, которым пришлось резко затормозить. Впрочем, они проехали к востоку по Армхерст всего лишь сотню ярдов, а затем Анжелина снова резко свернула на юг по Ноттингем-террас, проходившей по краю парка.

– Машина идет за нами, – сообщила сзади Арлена.

Анжелина кивнула. Они неслись по улице, окруженной жилыми домами, со скоростью свыше семидесяти миль в час. Она резко затормозила и направила свою большую и тяжелую машину по «лепестку» на Скаджакуадскую скоростную автомагистраль. Мчавшийся на сотню ярдов сзади еле различимый сквозь снегопад «Понтиак» повернул чуть ли не под прямым углом и рванулся вниз по тому же самому съезду.